Режиссёр и актёр. Мозг и душа театра. Всецело принадлежит своему детищу. Романтик и лирик, всерьёз верит, что и в наши дни сцена обязана учить хорошему – дружбе и преданности, искренности и честности, чуткости и благородству.

"Надо отдать должное Геннадию Чихачёву как организатору театрального дела, его завидному упорству и упрямству в достижении поставленной цели. Постепенно, шаг за шагом, из самодеятельного коллектива он сумел создать настоящий профессиональный театр".
"Московская правда"

Обладая живой фантазией, органичностью, темпераментом, он увлек зрителей обаятельными образами вспыльчивого и добродушного капитана Роланда ("Так любят толькго гусары!"), шведа Эдварда Ларсона ("Интердевочка"), благородного рыцаря графа Де Пейрака ("Анжелика - маркиза ангелов"). Задушевно и вдохновенно перевоплощается в полюбившиеся ему характеры Андрея ("Миленький ты мой...") и Сергея Есенина ("Хулиган и Босоножка"). Снимался в десяти кинофильмах. В художественной киноленте "Семеро солдатиков" сыграл главную роль.
Режиссер Геннадий Чихачёв – явление в современном театральном пространстве яркое, самобытное, творчески сложное и неоднозначное. Каждый его спектакль – в любом жанре музыкального театра – полезный и приятный повод всерьез поговорить о том, что добавляет практике современного театра поиск такого режиссера. Если коротко –то это прорыв в неизведанное. Отказавшись от примитивного плебейского сиюсекундного успеха за счет ненормативной лексики или обнаженной плоти, не принимая органически эпатаж, он ищет свою дорогу к зрителю. И находит отклик у самых неискушенных зрителей, благодарных режиссеру и его театру за уважение и доверие к ним.
Каждый спектакль Чихачёва – событие. Ажурная вязь мизансцен, открывающих новые грани характера персонажа, движущих действие и развивающих образы, заставляет зрителя внимательно следить за всем, что происходит на сцене. Потому, что серьезный доверительный диалог с залом заложен в режиссерском замысле изначально.
Если сравнить его спектакль с архитектурным ансамблем, то это византийская легкость формы и причудливая мелкая пластика стиля. И, разумеется, такой спектакль выгодно отличается от плоских сценических форм, напоминающих ушедших в прошлое унылых панельных строений для сезонных рабочих окраин мегаполиса несчастного Корбюзье.

Дадим слово серьезным критикам:
«Актеры театра Чихачёва и духовно, и зримо, в деталях воплотили на сцене знакомые образы Достоевского, сочетая академический вокал с великолепной драматической игрой. Густая глубина интерпретации – это касается и массовых сцен, и каждого артиста в отдельности – кардинально отличает «Униженных и оскорблённых» от других столичных постановок…»
«Вечерняя Москва»
«Пожалуй, после рыбниковской «Юноны» и «Авось» – это первый столь откровенный продукт « а ля рюс», убедительно доказавший, что сюжет романа Достоевского идеален для мюзикла вообще, а уж для русского и подавно.»
«Московский комсомолец»

Мюзикл мюзиклом, но ведь Чихачёв ставит и оперу для детей, и оперетту, и музыкальную комедию. Чутье постановщика безупречно: он хорошо образован, и не просто знает мировую литературу, но умеет ее читать, а потому легко выбирает тот музыкальный жанр, который лучше всего сроднить с литературной основой. Островский в его театре был поставлен и в жанре музыкальной комедии («Женитьба Бальзаминова»), и в жанре оперетты («Без вины виноватые»), и в жанре русского мюзикла («Бесприданница»).
24 театральный сезон 2010-2011 можно озаглавить как "Дорога к "Плахе""... Геннадий Чихачёв шёл к "Плахе" долгих 12 лет, ещё в 1999г. спросив разрешения у самого Ч. Айтматова. Планка была очень высока. По картинке всё должны были соответствовать американскому мюзиклу: "Артист должен хорошо петь и при этом очень хорошо двигаться... Сейчас мы к этому подошли...". «Плаха» – самое яркое событие в жизни 25-летнего Театра и, безусловно, победа Геннадия Чихачёва как режиссёра-постановщика и художественного руководителя Театра.
Чихачёв работает в театре много и продуктивно, как худрук взвалил на себя все. Но и артисты работают каждый день и в вокальном классе, и у балетного станка, и на сцене. Понятие актер театра Чихачёва к этому обязывает. Но, пожалуй, самое сильное впечатление артист на его сцене производит как драматический актёр. Вокал и пластика – составляющие драматического искусства. Но при этом и в хоре выходят солисты-вокалисты, если режиссеру нужны массовые сцены. Может поэтому именно массовые сцены справедливо сравнивают с кинематографической достоверностью.
Чихачёв – человек с чувством юмора, и в его режиссерской практике, как в его актерской работе, есть ироничный подтекст. То, что режиссёр оставляет за кадром, позволяет зрителю приобщиться к глубине мышления постановщика. И когда угадываешь его потаенную мысль, получаешь особое удовольствие.